Село Ловчиково Глазуновского района известно в области прежде всего благодаря меценату Юрию Ивановичу Евдокимову, вложившему миллионы в возрождение малой родины. Читателю, возможно, будет интересно прочитать и о других выдающихся личностях, чья жизнь связана с историей села.
И. Куприянов
Село известно с 17 века как Богословское, названное так по приходской церкви св. Иоана Богослова; второе название оно получило от фамилии первого владельца поместья – думного дворянина С.Б. Ловчикова.
Ловчиковы
Ловчиковы по своему служебному уровню относились к средним слоям государева двора. Прадед Степана Богдановича, Григорий Дмитриевич Ловчиков, был ловчим Ивана Грозного. Сходство фамилии с должностью указывает на то, что эта должность в его роду была наследственной, она сама по себе создавала известную близость к царю. При учреждении опричнины Григорий Ловчиков был принят в опричное войско. Осенью 1567 года он сопровождал царя во время военного похода в Литву. На службе в опричниках Ловчиков сделал карьеру, но в 1570 году попал в опалу и был казнён.
Несмотря на гибель в опричнине Григория Дмитриевича, его потомки сохранили своё положение, продолжая нести государеву службу. Дворянский род Ловчиковых выдвинулся в конце 17 века благодаря деятельным его представителям братьям Ивану и Степану Богдановичам.
Степан Богданович Ловчиков (1639-1711) родился в семье воеводы Богдана Ивановича Ловчикова, внука знаменитого опричника. В 19 лет он был пожалован чином стряпчего, но ответственные должности стал получать много позже. В 1676 г. Ловчиков был возведён в стольники, и с этого момента его карьера пошла в гору. Он направляется воеводой в Арзамас, а с 9 мая 1681 г. назначается заместителем боярина кн. М.Ю. Долгорукова по управлению тремя военными приказами: Иноземским, Рейтарским и Пушкарским.
Братья Ловчиковы приблизились к царскому двору при Федоре Алексеевиче, их племянница Марфа Матвеевна Апраксина стала женой царя. Царица Марфа росла сиротой: ее отца убили калмыки, когда ей едва минуло 4 года. Для осиротевшей семьи естественной опорой стали родные братья матери Домны Богдановны - Степан и Иван Ловчиковы. Среди новой царской родни одно из первых мест занимал С.Б. Ловчиков. Он был включён в узкий круг ближних людей, вошедших в Свадебный разряд. Монахи Антониево-Сийского монастыря, прибывшие на торжества с берегов Большого Михайловского озере (в Холмогорском районе Архангельской обл.) отнесли "дядюшке царевны" свежей рыбы, а монастырский казначей «стол рядил и звал ево и потчивал». После бракосочетания сийские монахи поднесли С.Б. Ловчикову образ на золоте и ещё рыбы.
15 февраля 1682 года на царской свадьбе С.Б. Ловчиков был пожалован придворным чином спальника, и уже на следующий день он приступил к новым обязанностям. Спальники несли исключительно придворную службу: «спали у царя в комнате посуточно, человека по четыре, и с царя одеяние принимали и разували, а когда бывает его величеству выход публичный, тогда бывали при его величестве». С.Б. Ловчикову, помимо прочего, поручили объявлять царские указы о пожаловании в стольники царицы. Царь не единожды жаловал не только Степана Богдановича, но и его супругу дорогими сукнами и мехами. Был отмечен и другой дядя царицы – И.Б. Ловчиков – 7 марта 1682 г. он удостоился чина думного дворянина.
В статусе придворного Ловчиков был недолго. Через два месяца после своей свадьбы Федор Алексеевич неожиданно скончался в возрасте 20 лет. Причиной столь раннего ухода из жизни молодого царя была неизвестная болезнь, похожая на цингу. При переходе власти к юному Петру в Москве вспыхнул стрелецкий бунт (Хованщина). В ходе восстания стрельцы потребовали отправить в ссылку приближённых царя Фёдора, в том числе и спальника Степана Ловчикова (в Тобольск). По этому челобитью Ловчиков был выслан из Москвы, но не в Сибирь, а в Бежецкий Николаевский монастырь.
После подавления бунта Степан Богданович был возвращён из ссылки и в 1683 г. пожалован в думные дворяне с окладом в 250 руб. Видимо, тогда же Ловчиковы получили земельные угодья в Орловском уезде. В отказной книге за 1688 год говорится: «…пустошь Дикое поле на реке Руде. Владелец Степан Богданов сын Ловчиков». В 1693 году Ловчиковым были пожалованы поместья на речке Бук (теперь руч. Шум): «...отказано Степану Богданову и Степану Меркулову Ловчиковым их поместья в Орловском уезде, пустошь Дикое поле, на речке Руде, на речке Бук». Стольник Степан Меркулович Ловчиков (?-1702) приходился двоюродным братом Степану Богдановичу. Братья заложили на пустующих землях село Ловчиково, построили церковь.
С.Б. Ловчиков был судьёй Московского Судного приказа, участвовал в боярских совещаниях, являлся одним из руководителей строительства города Петровска в Пензенском воеводстве. В разные годы был воеводой в Белгороде, Чугуеве, Изюме. По именному указу Петра I от 29 июля 1700 назначен воеводой Азова, незадолго до этого отвоёванного у турок.
В Государственном Эрмитаже хранится боевая награда Ловчикова – сабля, которой царь пожаловал воеводу. С обеих сторон клинка золотом насечены надписи: «СЕЙ МЕЧЪ УСТРОЕНЪ НА ПОБЕДУ ВРАГОВЪ ЦАРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА ИМЪ ЖЕ МУЖЕСТВЕННО ПОБЕЖДАЕТЪ ДУМНОЙ ДВОРЯНИНЪ СТЕПАНЪ БОГДАНОВИЧЬ ЛОВЧИКОВЪ»; «СКОВАНЪ В ПЕРСИИ…»
Сабля боярина Степана Богдановича Ловчикова
(Государственный Эрмитаж)
Но не только военными делами занимался воевода, приходилось ему быть и судьёй. Так, в 1701 г. в «приказную палату» обратился азовский казак Машков с жалобой, что «Черкаска города казак Жилин, подговоря женушку мою, сбежали, пограбя все животишко мое». Нашёлся свидетель, который за «шесть рублев» согласился указать, где прячутся беглецы. Жилина нашли и привели к воеводе. «И за это думный дворянин и воевода Степан Богданович Ловчиков приговорил тому черкаскому казаку Жилину за подговор чужой жены учинить наказанье: бить кнутом нещадно… и бит он кнутом на козле и дано ему тридцать ударов».
Стоит сказать, что и сам Степан Богданович, случалось, оказывался в центре скандала. Так, известна его тяжба с соседом по орловской вотчине стольником Пушкиным Никитой Борисовичем.
Никита Борисович был крепким стариком. Несмотря на свой почтенный возраст, он продолжал исполнять государевы поручения. В 1706 году, когда ему исполнилось уже 87 лет, из Разряда пришёл приказ: велено быть в Белёве для сбора пошлинных денег. Пока он отсутствовал, в его имении в селе Тагино случился разбой. Со слов жены Никиты Пушкина, Акилины, в один из дней, когда тагинский приказчик был в отъезде и селом ведал лишь староста, «собрались люди княгини Настасьи Троекуровой да прикащик со крестьяны ж думного дворянина Степана Богдановича Ловчикова и с иными помещики приезжали многолюдством в ту вотчину, в село Тагин, для подговору крестьян, и жили они в том селе их с неделю, и взяли силою с помещикова их двора многие пожитки и всякие крепости, а что взято о том в судном Московском приказе писано. Да они же взяли из того села крестьян их с пожитками, прикащик княгини Настасьи Троекуровой с сорок семь человек, Степана Богдановича Ловчикова с семьдесят человек, и вывезли в свои вотчины (Гнилец и Ловчиково – И.К.)».
Ссоры и судебные разбирательства между соседями были в то время явлением нередким. Никита Пушкин враждовал с Троекуровыми, считая, что они выстроили своё село Гнилец на его земле, но почему вотчина Пушкиных стала объектом посягательства Ловчиковых и других помещиков – неясно. Провели обыски, но из беглых смогли найти лишь трёх человек, в Гнильце. Судебное разбирательство тянулось несколько лет и осталось незавершённым из-за смерти С.Б. Ловчикова.
Воевода обрёл вечный покой в Краснохолмском Антониевом монастыре, вместе с другими представителями рода Ловчиковых, делавшими большие пожертвования обители. Сама могила была утеряна, но сохранилась надгробная плита. К сожалению, многие камни от старых надгробий ещё до революции монахи использовали при строительных работах, вот и надгробный камень с захоронения С.Б. Ловчикова был обнаружен в цоколе одной из монастырских церквей. На камне высечена надпись: «Лета 1711 года января во 8 день на память преподобныя матери нашея Доминики преставился раб Божий думной дворянин Стефан Богданович Ловчиков, и жития его было от рождения 71 год 7 месяцев, а тело его погребено на сем месте».
После смерти Степана Богдановича его орловское поместье перешло к племяннику Петру Ловчикову - сыну старшего брата, думного дворянина Ивана Богдановича.
Ловчиков Петр Иванович (1662 г.р.), стольник (пожалован 28.01.1700), полковник; с 1700 - в начальных людях (т. е. исполнял командную должность); 1712 - записан к поселению на о.Котлин; 1722 - определен в гарнизонные полки, для этого приказано быть в Москве.
В Ландратской книге 1718 г. за полковником Петром Ивановичем Ловчиковым было записано 27 дворов в селе Богословском и 7 дворов в деревне Рыбнице.
«За полковником за Петром Ивановым сыном Ловчиковым
в селе Богословском двадцать семь дворов»
(РГАДА. Ф. 350. Ландратские книги и ревизские сказки. Оп.1. Переписная книга Орловского уезда. 1718 г.)
«За полковником за Петром Ивановым сыном Ловчиковым
в деревне Рыбнице семь дворов».
Воейковы
В начале 18 столетия в Богословском появились новый совладелец: в 1705 году часть поместья была «отказана» стольнику Воейкову Григорию Михайловичу (6 дворов).
«28 июля 1705 г. отказано Григорию Михайлову сыну Воейкову
Степаново поместье Богданова сына Ловчикова в Орловском уезде
село Богословское и на речке Рыбнице»
(Реэстр отказных книг по Орлу и Болхову. Книга №10066. Дело 35 – РГАДА. Ф.1209. Оп.200i. Л. 111об.–112)
Воейков Григорий Михайлович – стольник, в 1686 и 1692 гг. был стольником у царицы Прасковьи Федоровны (Салтыковой); с 1703 г. стольник отставной, по смотру на Генеральном дворе оставлен для посылок. Упоминается в Боярских списках 1706–1713 и 1721 гг. В 1712 г. написан к поселению на о.Котлине с 64 дворами. Имел дом в Москве.
У Г.М. Воейкова было две дочери (Елена и Марфа) и два сына (Александр и Алексей). 24 августа 1724 г. Григорий Михайлович "сговорил" дочь свою девицу Марфу замуж за квартирмейстера Московского драгунского полка Ивана Чиркова. А в приданое было дано "платья и низанья по цене пятьсот рублей. К той сговорной руку приложили он, Григорий Воейков, и свидетели: обер-шенк и граф Андрей Матвеевич Апраксин, подполковник Петр Иванов сын Ловчиков..." Тот самый Пётр Ловчиков, который был совладельцем Богословского поместья. К сыновьям Г.М. Воейкова – Александру и Алексею – впоследствии перешла отцовская доля села Богословского (Ловчиково тож).
Воейков Александр Григорьевич (1716-1752) служил в л.-гв. Преображенском полку поручиком, в 1748 г. отставлен гвардии капитан-поручиком, умер в 1752 году мая 2 числа. Владел частью села Богословского, которую в 1732 г. продал графу Петру Семёновичу Салтыкову, будущему фельдмаршалу.
Воейков Алексей Григорьевич в родословных книгах не упоминается, но сведения о нём как о совладельце села Богословского содержатся в архиве РГАДА. Алексей Григорьевич в 1957 г. также отказал свою долю имения графу П.С. Салтыкову.
Об отказе недвижимого имения Алексеем Григорьевым сыном Воейковым
Петру Семенову сыну Салтыкову
Орловского уезда села Богословского со всеми угодьями...
В том деле значатся владельцы: Григорий Воейков, Степан Богданов сын Ловчиков.
(РГАДА. Реэстр имеющейся в 3-м отделении по городу Орлу 1757 года Отказная книга № 10072)
В 1-й половине XVIII в. Салтыковы скупили значительную часть небольших владений по р. Руде. В 1732 году П.И. Ловчиков продал свою долю в Богословском жене графа Петра Семёновича Салтыкова – Прасковье Юрьевне (урожд. Трубецкой, 1704–1767), статс-даме императрицы Анны Иоанновны. Прасковье Юрьевне принадлежало также соседнее село Рождествено на р.Руде. На 1767 г. в обоих селах состояло 514 душ на пашне.